Вторник, 11.12.2018, 02:57
Приветствую Вас Гость | RSS
Меню сайта
Поиск
Наш опрос
Оцените мой сайт
Всего ответов: 10
Статистика

Обмануть королеву и умереть

Глава 7

Россия, век XXI

Обмануть королеву и умереть

Галахов жил в центральном районе, недалеко от городского парка. Дом был пятиэтажным, риэлторы называют такие дома «хрущевками». Окна первого этажа были закрыты решетками. Дверь подъезда металлическая с кодовым замком.

– Ты на каком этаже живешь? – спросила осторожная Лена.

– На первом. А что?

– Ничего. Привычка риэлтора... – уклончиво ответила Лена, посмотрев на решетки.

– Это тетина квартира, место хорошее: для меня важно, чтобы библиотека была рядом, – сказал он, открывая дверь подъезда. – И до ВУЗа недалеко.

Пропуская в подъезд женщину с маленьким ребенком, который что-то ласково и смешно лепетал, Елена запоздало поинтересовалась у Игоря:

– А чем ты занимаешься?

Ей стало ужасно неловко от того, что до этого говорила только о себе.

– Пишу диссертацию, – легко, как о чем-то обыденном, сказал Игорь.

– Ничего себе! – удивилась Елена. – Так ты занимаешься наукой? И в какой области?

– История.

– Ой, как интересно! – искренно проговорила девушка. – И какое время? Страна?

– Средневековье. Реформация. Европа.

– Реформация? Это же раскол церкви, религиозные войны, бунты, заговоры... Лютер, Кальвин, Генрих IV и Варфоломеевская ночь... – напрягла свою память Елена. – Ты изучаешь историю религии?

– Частично. Меня интересует Англия. Реформация в Англии. И в Шотландии.

– А, пуритане.

– Не только. Но ты неплохо помнишь историю, – одобрительно сказал Игорь.

– Я неплохо помню романы Дюма, – улыбнулась Елена. – Я вспомнила пуританина Фельтона, который стерег Миледи. Кстати, отчего началась Реформация?

Она спросила скорее из вежливости, чтобы загладить в глазах друга детства свое к нему равнодушие.

– В основе всех событий лежат власть и деньги, – как о чем-то всем известном сказал Игорь.

– Причем тут деньги? – возразила девушка. – Религия – это ведь идеология, а не финансовая сфера...

– А ты с любой идеологии сдери шелуху болтовни, и увидишь, что под словесным сором скрываются деньги и власть. Это те шестеренки, которые крутят политику и историю. Почему началась Реформация?.. Да потому, что европейские государи и их церкви не захотели больше делиться деньгами и властью с Римом.

Квартира была двухкомнатная, с небольшой кухней и маленьким коридорчиком, который разделял комнаты. В одной комнате у окна стоял стол с компьютерной техникой, рядом диван, на противоположной стене металлические полки с книгами и телевизор на стеклянной подставке.

Внимание Елены сразу привлек висящий над диваном портрет девушки в средневековой одежде. Лицо было спокойно и приятно: чудесный высокий лоб, изогнутые дуги бровей, жемчуг в волосах, глухое платье с высоким воротником, отделанным кружевом. Образ был светлым, нежным, словно выцветшим, и странно знакомым.

– Кто это? – спросила Елена, кивая на портрет.

– Мария Стюарт, королева Шотландии.

– Славная девушка, – искренне произнесла Елена.

– Это более-менее сносное изображение, – чуть поморщившись, сказал Игорь. – Работа Клуэ. Здесь Марии пятнадцать лет, есть мнение, что тринадцать. Вообще нет ни одного удачного портрета шотландской королевы: везде она изображена без эмоций, даже без улыбки, как бездушная, холодная рыба... Современники же отмечали ее поразительную красоту и особую сексапильность. У нее были красивые пепельные волосы. Правда, на портретах у нее они каштанового цвета. Вот тебе одна маленькая загадка из сундука тайн шотландской королевы: поэты с восхищением описывают ее пепельные кудри, а художники выписывают на холстах каштановые пряди. И ведь краски для волос в то время не было... Мария сводила с ума мужчин, за нее отдавали жизни. Армию павших за прекрасную Марию Стюарт возглавил поэт Шателяр. Он забрался в опочивальню королевы, чтобы подглядеть, как она раздевается перед сном, и был казнен... Жаль... Жаль, что ни один портрет не отразил ее колдовской магнетизм. Везде ты увидишь холодно неприятную даму. А ведь более страстной королевы в истории человечества, пожалуй, не было. Ну, может, только Клеопатра по этой части могла бы с ней поспорить, но не факт, что египтянка одержала бы победу.

– Интерес к Марии Стюарт связан с твоей диссертацией?

– Да, он связан с эпохой, которую я изучаю. Ты располагайся... – предложил Галахов. – Поживешь несколько дней у меня, я буду спать на диване здесь, а ты будешь в той комнате.

И он распахнул перед ней дверь другой комнаты, где Лена увидела скромную обстановку: кровать, шифоньер, столик с зеркалом. Плотные шторы закрывали окно.

– Не переживай: все образуется, – попытался приободрить девушку друг детства. – Сейчас с тобой чай попьем с бутербродами...

– За чай спасибо, но я не хочу, – поспешила отказаться Елена: у нее напрочь исчез аппетит.

– Можешь отдохнуть, поспать, а я посижу за компьютером. Потом поговорим. Хочешь переодеться – возьми мою рубашку, шорты, будешь чувствовать себя свободнее.

И он, порывшись в шифоньере, достал одежду и сунул ее в руки девушки.

– Тапочек у меня нет подходящих, ты уж извини. Можешь надеть мои...

– Нет, спасибо, я люблю ходить босиком.

– Босиком не надо, – сказал Игорь, – здесь пол холодный: первый этаж, а внизу погреб. Возьми тогда мои носки...

И он перебрал на нижней полке ворох носков, проверяя их на наличие дырок, выбрал пару поменьше и подал Елене.

Девушка благодарно вздохнула: какая удача, что она встретила Игоря Галахова! Действительно, не бывает так, чтобы все шло плохо. Она переоделась и несколько раз прошлась по комнате, привыкая к обстановке. Игорь отправился в соседнюю комнату, а она улеглась в постель, но заснуть никак не удавалось. От одиночества в голову лезли бесчисленные страхи, и девушка соскочила с кровати.

Постучалась в закрытую дверь комнаты, где Галахов собирался поработать.

– Войди, – прозвучало короткое разрешение.

Елена толкнула дверь. Игорь сидел за столом, перебирая бумаги.

– Я тебе не слишком помешаю? – осторожно спросила девушка и, увидев, как он недовольно развернулся, испуганно сказала: – Мне страшно... Не волнуйся, я могу помолчать!

Она остановилась перед портретом Марии Стюарт. Что-то эта шотландская девочка не очень впечатляет... хотя, если ей сделать макияж, подстричь и переодеть, красотка будет та еще! Елена вспомнила слова Андрея: «У тебя есть портрет Марии Стюарт»?

– Что ты хотела? – как-то резко спросил Игорь, но тут же извиняюще сбавил тон: – Я все равно не смогу сегодня работать. Не из-за тебя. Просто, отдыхать тоже нужно.

Он, сняв очки, аккуратно положил их в футляр, и лицо его стало домашним, простым: не профессор, не бизнесмен, а скромный молодой мужчина, имеющий невесту и откладывающий деньги на дачу.

– Слушай, тебя так меняют очки! – вслух сказала Лена.

– Знаю, – кивнул Галахов. – А как меня меняет парик!

– Парик? Причем здесь парик?

– Так, надевал ради хохмы... Ну, так что ты хотела?

– Расскажи о Марии Стюарт. Ведь если ее портрет висит у тебя на стене, значит она того стоит, – попросила Елена.

– Ты права! – неожиданно мягко заговорил Игорь. – Мария того стоит. Я расскажу тебе о ней. Начнем с начала – с родителей. Отец Марии Стюарт, король Иаков V, женился на ее матери, французской принцессе Марии де Гиз из-за ее богатого приданого. А любил он другую женщину, которая родила ему нескольких детей, в том числе и будущего регента, графа Меррея. Через несколько дней после рождения Марии Иаков V умер, и малышка стала королевой еще в колыбели. Представляешь? Еще писает в пеленки, а уже королева! Заметь: не принцесса – королева прекрасной диковатой страны, горные склоны которой укрывают туманы. Помнишь стихи Бернса о Шотландии: «В горах мое сердце»?..

– Повезло! – искренне вздохнула Елена.

– Увы, не факт. Чтобы сказать «счастливая судьба», надо знать конец.

– Ну да, конец у нее был вроде страшный, – проговорила девушка, припоминая что-то про казнь шотландской королевы.

– Тут не только конец... Еще в люльке малышка Мария стала предметом торга. Ею торговали, как... как породистой лошадью на аукционе!

– Ну, это понятно: королевские браки – это всегда политика, всегда расчет. Таковы издержки королевской профессии.

– Интересно ты сказала о профессии, – улыбнулся Игорь. – А сейчас получше представь, королевой какой страны она стала, и ты поймешь, кто торговался. Шотландия была независимым феодальным государством с XI века. Англии не нравилось иметь у себя за спиной такое вольнолюбивое государство. Жадная и могучая Англия мечтала проглотить своего маленького соседа. В Шотландии как в союзнике против Англии была заинтересована Франция. И Шотландия, в свою очередь, для удержания независимости поддерживала дружеские отношения с сильной Францией. Но ведь и во Франции вынашивались планы присоединения Шотландии!

– Нелегко было маленькой стране лавировать, чтобы устоять! – Елене стало так интересно, что она на время забыла о своих проблемах, тем более для нее так важно было отвлечься.

– Вот именно! – подхватил Игорь, и девушка обратила внимание, как оживилось его лицо. – Сама Шотландия представляла собой котел, в котором кипела беспрерывная война – шла борьба между королями и дворянскими кланами. С первых дней своей жизни Мария стала яблоком раздора. В стране образовались две партии. Одна добивалась брака между Марией Стюарт и наследником английского престола Эдуардом Тюдором. «Принц и нищий» читала?

Елена кивнула головой.

- Эдуард VI – этот самый жених Марии Стюарт... Он был на пять лет старше своей шотландской невесты. Договор, в соответствии с которым королева Шотландии должна была выйти замуж за сына английского короля принца Эдуарда, был подписан, когда девочке исполнилось полгода. Такая малышка, а уже подписан государственный документ о ее будущем замужестве.

- Политика...

- Но этот договор вызвал сопротивление у многих шотландских дворян, так как становилось ясно, что после свадьбы королевы Шотландия будет присоединена к Англии. Дворяне восстали и свергли проанглийскую партию. Этого не потерпела Англия, и ее войска вторглись в земли соседа. Франция, в свою очередь, не могла быть в стороне, так как имела традиционно сложные отношения с Англией, и бросилась на поддержку Шотландии. Началась война, которая продолжалась с переменным успехом несколько лет! Вот и судьба – малышке всего ничего, а из-за нее льется кровь, и чужеземные войска топчут родную землю... Я не буду говорить о персоналиях и опущу детали, хотя это очень увлекательно - видеть, как история ткет свое покрывало, нитями в котором являются люди...

– Да. Очень интересно, – согласилась девушка. – Ты говорил о двух партиях... Другая партия хотела, чтобы Мария стала невестой наследника французского престола? – предположила Елена, выстраивая в голове логическую схему.

– Садитесь, Елена Арбенина, отлично! – шутливо кивнул Игорь. – Вторую партию возглавила королева-мать, Мария де Гиз, которая ориентировалась на Францию. И тут имелся интересный момент: Мария Стюарт была правнучкой Генриха VII, английского короля, и поэтому могла претендовать на английский трон. Франция предложила брак между Марией Стюарт и сыном короля Франциском, в расчете на дальнейшее получение не только шотландской короны, но и английской... И Мария Стюарт, пяти лет от роду, отчалила от родной земли. У берегов Франции, разыгралась буря, и судно едва не разбилось. Мария могла погибнуть! Но по свидетельствам очевидцев, отважная малышка оставалась царственно спокойна.

- Королевская кровь, - промолвила Елена. - Что там писал об этом Булгаков?

- «Кровь - великое дело»... - ответил Игорь и, помолчав, удивленно сказал: - Я тоже вспомнил Булгакова, работая над биографией Марии. Кстати, интересный факт, вместе с маленькой королевой плыли во Францию еще четыре девочки Марии – дочери из самых родовитых шотландских семейств. Они были определены королеве в подружки. Их так и называли: Марии королевы.

- И что во Франции? - напомнила ему Елена.

- Франция! – Игорь задумался. – Франция была лучшим местом для воспитания королевы. Французский двор был самым блистательным в Европе. Рыцарские турниры, охота, балы и концерты, поэтические состязания, интеллектуальные беседы – вот та потрясающая атмосфера, в которой росла и воспитывалась Мария Стюарт. Она получила великолепное образование и выказала редкие природные способности: прекрасно играла на нескольких музыкальных инструментах, писала дивные стихи, обворожительно танцевала, в совершенстве владела несколькими языками, умела вести изысканную беседу. Эти качества и благородная красота Марии Стюарт покорили французский двор. Художники писали ее портреты, поэты слагали оды в ее честь. Одним из учителей Марии Стюарт и ее поклонником был крупнейший поэт французского Возрождения Пьер де Ронсар. В ее записной книжке есть стихи, написанные, я уверен, его рукой... Там есть и стихотворение дю Белле – тоже автограф, – Игорь помолчал и подытожил: – Одним словом, выдающаяся женщина...

– Ты о ней говоришь, как о живой, – с удивлением промолвила Елена.

– Она того стоит... – усмехнувшись, сказал Игорь.

– И что там с браком с французским принцем? – вспомнила Елена. – Не состоялся?

– Почему нет? Свадьба Марии Стюарт с дофином Франциском была потрясающе пышной. Венчание состоялось в соборе Парижской богоматери, и весь Париж мог любоваться красотой шестнадцатилетней Марии. Свадебный наряд, в котором она выходила замуж, упомянут в Руанской описи церемониала как неподдающийся перу по своему великолепию. Ты наверняка не подозревала, что именно Мария Стюарт ввела в мировую моду свадебное платье белого цвета. Прежде свадебным цветом был красный, а Мария, вопреки традиции, выбрала для церемонии бракосочетания белый атлас, расшитый великолепным жемчугом. Плечи она украсила изумительной мантией, сплошь покрытой драгоценными камнями. Голову невесты венчала изящная золотая корона, украшенная огромными по ценности и великолепными по красоте алмазами, жемчужинами, рубинами и изумрудами... Очевидцы свадебной церемонии писали, что юная Мария Стюарт была прекраснее богини.

– Некрасивых невест не бывает: они влюблены, и потому прекрасны, а в таком наряде любая дурнушка станет красавицей, – вздохнула Елена: у нее самой не было свадьбы, просто расписались с Андреем в Загсе, словно шутя.

– Мария не была дурнушкой, – возразил Игорь. – А невесты бывают всякие. И не все влюблены.

– Ты так подробно описал наряд Марии Стюарт, что как-то странно... Ты историк моды? – Елена с подозрением посмотрела на Игоря: пристальный интерес к женской моде говорит обычно не в пользу мужчины.

– Нет, я не историк моды... и не голубой, – спокойно сказал Галахов. – Просто, я внимательно изучил сведения обо всех известных предметах, составлявших собственность шотландской королевы. – он странно улыбнулся, – и даже неизвестных... Например, шею Марии Стюарт украшал редкий драгоценный камень – огромный рубин, известный в истории как «Великий Гарри». Мария получила эту драгоценность от ее прадеда – короля Англии Генриха VII. Прибыв на родину, Мария установила «Великого Гарри» в центре шотландской короны. После низложения королевы, рубином завладел граф Джеймс Меррей, а после его гибели «Великий Гарри» был с большими трудностями конфискован у вдовы Меррея. Эта драгоценность перешла потом к сыну Марии Стюарт, Иакову VI.

– Неужели это неизвестная в истории драгоценность Марии Стюарт? – крайне удивилась Елена.

– Нет, я же сказал, что у этого рубина есть даже имя... Есть другие неизвестные вещи Марии Стюарт. Понимаешь, я сделал открытие, но о нем говорить пока рано, – глаза Игоря торжествующе блеснули. – А рассказал я тебе о том, как была одета Мария, для того, чтобы ты оценила ее великолепный вкус: по существу, она стала законодательницей мировой моды. Причем, ее дизайнерская идея живет почти пять веков! Ну разве шотландская королева не исключительная личность? Кстати, сравни ради интереса портреты Елизаветы Английской и Марии Стюарт. Королева Шотландии никогда не носила огромных уродливых воротников, как ее английская сестра. У нее было прирожденное чувство меры и вкуса. У англичанки-королевы наряды запредельно роскошны, а у Марии они элегантны.

– И что было дальше? – спросила Елена.

– А дальше, умер французский король Генрих II, и трон, как положено, перешел к его сыну, которому исполнилось шестнадцать. Так Мария Стюарт стала королевой Франции...

– То есть она стала дважды королевой?

– Да: повелительницей Шотландии и Франции, – Игорь перешел со стула на диван, положил ногу на ногу, закинул руки за голову и продолжил: – В семнадцать лет она стала госпожой самого рафинированного и роскошного двора в Европе. Под влиянием матери, Мария Стюарт заявила свои права на английский престол. Лучше бы она этого не делала! Отстоять свои права на английский престол она не могла, а в лице английской королевы Елизаветы обрела смертельного врага... Новый французский король Франциск II был очень слаб здоровьем, поэтому государственными делами занималась его жена. Вообще, это был счастливый брак, что является доказательством необходимости расчета при заключении брачных союзов. М-да...

– Вот уж не согласна, – пробурчала Елена, но собеседник то ли не услышал ее, то ли проигнорировал сказанное.

– Молодые прекрасно относились друг к другу, делали друг другу подарки... Например, еще будучи дофином, Франциск, зная, что она пишет стихи, подарил Марии чудесную записную книжку. С таким вниманием он относился к наклонностям своей сначала невесты, а потом супруги. И он подарил ей чудесный серебряный ларец... Кстати вот ирония истории: этот ларец принадлежал Екатерине Медичи, она его презентовала сыну Франциску, тот преподнес его в дар Марии Стюарт, а письма, которые хранились в этом ларце, привели ее к плахе... Вот так мы живем, не зная, к чему приведут нас наши поступки, подарки и всякие случайности... Когда через год после воцарения Франциск II тяжело заболел и умер, Мария была бесконечно несчастна. В подаренной ей записной книжке она оставила стихи, в которых звучит неподдельное горе, даже отчаяние и любовь... Впрочем эти стихи широко известны, – Игорь закрыл глаза и стал читать на неизвестном языке.

По звучанию, девушка догадалась, что это французский.

– Переведи, – улыбнулась она, приятно удивленная неожиданными познаниями своего одноклассника.

– Мария говорит, что везде видит его образ... «Во сне ли, наяву – я только им живу». Это стихотворение хорошо известно специалистам.

– И что же дальше произошло с Марией Стюарт?

Обмануть королеву и умереть

– Вместе со смертью мужа она потеряла французскую корону и полюбившуюся ей страну. Королева-мать, Екатерина Медичи, ставшая опять первой дамой королевства, вынудила Марию уехать. Ну, ты знаешь, бытует мнение, что двум хозяйкам не сладить на одной кухне. А двум королевам в одном государстве точно не ужиться. В девятнадцать лет Мария Стюарт отправилась к берегам хмурой родины... И тут начинается совсем другая история. История королевы-убийцы и королевы-жертвы...

Они помолчали, и Елена неожиданно спросила:

– Ты словно влюблен в Марию Стюарт... Понимаешь, когда ты о ней рассказываешь, ты светишься...

Игорь вздрогнул и потух.

– Ты очень ошибаешься: я ненавижу Марию Стюарт. Она просто влюбленная дура. Типичная влюбленная ничтожная дура... Я ненавижу таких... дур.


<-- предыдущая глава следующая глава-->
 

Ила Опалова